Клара
Высокая статная женщина на старом базаре Ростова-на-Дону с пятилетней девочкой, такой же светловолосой, с двумя толстыми косичками в зелёном клетчатом платьице… Это моя бабушка Женя и я.
Мы заходили в молочный павильон рынка. Под высоким сводчатым потолком стояло множество длинных прилавков, сплошь уставленных мисками с творогом, банками с густой сметаной, гранёными стаканами и стаканчиками с кислым молоком, покрытым коричневой запечённой корочкой.
Тётки в белоснежных фартуках, надетых на толстые телогрейки и потому казавшиеся все на одно лицо, зазывали отведать каждая своё, крича и нахваливая каждая свою продукцию. И если я, после долгих уговоров, соглашалась съесть стаканчик кислого молока, это считалось большим событием, о чём бабушка рассказывала дома маме со всеми подробностями.
Потом мы шли с ней дальше по этому павильону и, повернув за угол, как бы внезапно натыкались на одноногого инвалида. Он стоял на деревянном протезе в сером помятом пиджаке, из-под которого кусками выглядывала бахрома чёрной подкладки… Неопрятными заскорузлыми руками он держал большой лоток с бумажными пакетиками с ванилью и чёрным перцем. Ванилью пахло издалека…
И тут происходило непонятное… Бабушка твёрдым шагом, не выпуская моей руки, направлялась прямо к нему. Лоток переворачивался, все пакетики летели на пол. Плюнув ему прямо в лицо громко и смачно, с гордо поднятой головой, она шла дальше. Это проделывалось спокойно и всегда одинаково. Сценарий не менялся никогда…
Потом уже, несколько лет спустя, я связывала услышанное с дядькой на базаре, но особо не задумывалась. Прозрела я много позже. И только сейчас события этой трагедии выстроились передо мной по порядку.
Младшая сестра Клара внешне была очень похожа на бабушку Женю, но не обладала той же статью и красотой. Тихая, мягкая, очень уравновешенная, она не выплёскивала наружу эмоций, носила всё в себе. Замуж вышла рано, любила своего Петеньку очень. Он был большой и сильный, с возвышенной музыкальной душой. На скрипке играл замечательно… Жили они в роскошной квартире, в центре которой, как большой чёрный корабль, стоял рояль. Клара всегда ждала Петеньку дома.
Шёл 1941 год. В тот вечер Петя пришёл, как обычно, и сообщил о новом концертмейстере. Коллега переехала к ним на другой же день. И потянулись дни, похожие один на другой. Невозможно представить себе душевные муки этой загадочной и тихой женщины. Она не была дурой, она не была примитивной, она просто любила его… любила и всё.
Когда немцы заняли Ростов, особо ничего не изменилось в её жизни. И всё чаще он ловил себя на мысли о том, что без неё было бы спокойнее. А что же такого, в конце концов, если Кларочка поживёт в еврейском гетто. Временно, конечно. Ведь есть приказ немецкого командования.
Клару не пришлось долго уговаривать. Она сразу всё поняла… Он подал ей пальто, подхватил чемоданчик. Он вёл её под руку по почти пустынным улицам Ростова. Всё было, как раньше, на вечерней прогулке… Петя всегда был очень галантным.
Так они дошли до гетто.
Оттуда она не вернулась никогда…
